Записи

Не боги горшки обжигают, или «Крымский стиль» Рустема Скибина

Источник: Крымское Время

Не боги горшки обжигают, или «Крымский стиль» Рустема Скибина*
Евгения КОРОЛЕВА

Керамика Рустема Скибина

Керамика Рустема Скибина

В крымскотатарском орнаменте используются мужское и женское начала. Семейное древо, расположенное посредине, — мужской знак, обозначающий стабильность, достаток, устойчивость и силу. А женская структура — вода, характеризующаяся изменчивостью, гибкостью и динамичностью. Каждый элемент рисунка что-то означает: миндаль — девушка, роза — женщина, гвоздика — бабушка, тюльпан — юноша, а кипарис — зрелый мужчина, глава семьи. В основании древа расположен треугольник — символ земли, а в верхней части рисунка находится четверть розы — знак продолжения рода. Кувшин, сосуд, чаша означают дом. У каждого элемента есть и второе значение.

 

Однажды по телевизору маленький Рустем увидел процесс создания стеклянных изделий. Сказка, творимая стеклодувами, просто зачаровала мальчика. Но жизнь свою он связал с менее хрупким материалом — глиной. Первые шаги Еще будучи ребенком, Рустем Скибин не сидел без дела: лепил, резал по дереву, рисовал. После школы получил специальность художника-педагога в училище искусств в Самарканде, где тогда жила его семья. А в 1996 году переехал в Крым. В восточной философии есть понятие гуру — не просто человека, дающего знания, но и показывающего истинный путь, которым нужно следовать. Однако встретить такого Учителя удается далеко не каждому. Рустему в этом плане повезло: в Симферополе он познакомился с художником Мамутом Чурлу, который рассказал парню о наследии крымских татар, натолкнул на мысль о возрождении древнего искусства. Так Скибин стал заниматься керамикой. Первые попытки создания керамических изделий, многочисленные эксперименты с материалом, формой, цветом, неудовлетворенность собственной работой и долгожданный успех… Мастер прошел все этапы творческой деятельности. Но любое дело сопряжено с определенными трудностями. Плодотворно работать, находясь в замкнутом пространстве мастерской, невозможно — через месяц-два начинаешь вариться в собственном соку. У каждого художника существует свое лекарство от творческого ступора. Рустем время от времени «уходит в народ»: в поисках материала организовывает небольшие исследовательские экспедиции по селам и провинциальным городам Крыма, где еще живы традиции прошлого. Старожилы рассказывают о быте крымских татар, растолковывают символику рисунков. Кроме знаний, гончар в поездках приобретает и вполне материальные вещи: древние кувшины, вазы, горшки, так что сейчас у мастера собралась уже мини-коллекция предметов старины. Поэзия орнамента На протяжении 15 лет Рустем воссоздает вещи XVII—XX веков: керамические панно, сосуды различной формы, светильники кандиль, но больше всего ему нравится делать орнаментальные блюда. — Я давно собираю сведения о крымском орнаменте и систематизирую эти данные, а потом использую в работе, — говорит гончар и показывает тарелку с замысловатым узором: такой рисунок можно читать, как книгу. В крымскотатарском орнаменте используются мужское и женское начала. Семейное древо, расположенное посредине, — мужской знак, обозначающий стабильность, достаток, устойчивость и силу. А женская структура — вода, характеризующаяся изменчивостью, гибкостью и динамичностью. Каждый элемент рисунка что-то означает: миндаль — девушка, роза — женщина, гвоздика — бабушка, тюльпан — юноша, а кипарис — зрелый мужчина, глава семьи. В основании древа расположен треугольник — символ земли, а в верхней части рисунка находится четверть розы — знак продолжения рода. Кувшин, сосуд, чаша означают дом. У каждого элемента есть и второе значение. Например, кипарис — это еще и символ потустороннего мира. Часто Рустем создает блюда «под конкретную семью». — Но не путайте эту структуру с генеалогическим древом, — уточняет он. — Орнамент показывает настоящее с развитием на будущее. Это некая программа, которая будет работать через время. А вот рисунок своей семьи Рустем писать не пробовал. — Для других делать интереснее, — утверждает мастер. Сейчас художник украшает орнаментом не только сувенирные блюда, но и обычные кувшины, горшки, хотя в прошлом такое не было принято. — Крымскотатарская посуда была лаконичной, простой. На ней изображали только линии, хотя они тоже были четко выстроены. Только в 30-х годах прошлого века в артели «Иллери» в Бахчисарае стали украшать посуду орнаментом, — поясняет Рустем.

В ритме сердца Помимо прочего, Рустем делает и музыкальные инструменты: думбелеки — керамические барабаны, обтянутые козьей кожей (в Средней Азии и Турции использовалась рыбья), давулы и бубны даре. — Больше всего мне нравятся ударные инструменты. Ими может овладеть практически любой человек, ведь у каждого есть внутренний ритм, и он может воспроизвести его. И у всех он будет разный, — уверяет гончар. Изначально думбелек был военным инструментом и использовался, как азбука Морзе, для передачи информации на расстояние. Давулы выполняли функцию психологического оружия: устрашающе воздействовали на противника и поднимали боевой дух крымских татар. Но потом эти инструменты стали использоваться в мирной жизни. Чтобы научиться делать инструменты, Рустем долгое время собирал письменные источники и старинные гравюры. Изучал аналогичные барабаны других народов. — Я постоянно экспериментирую, ведь звучание барабана зависит от многих факторов: размеров, формы корпуса, выделки кожи. Без творческого поиска тут не обойтись, — утверждает мастер. Нередко инструменты у Скибина приобретают профессиональные музыканты. Так, один из барабанов купил Рустем Бари — ударник, играющий в группе знаменитого Дидюли. Пробовал керамист делать и другие музыкальные инструменты, но эти эксперименты быстро прекратились. — Чтобы изготовить инструмент, на нем необходимо уметь играть, а для этого нужно постоянно заниматься. Я не люблю говорить о нехватке времени, но все дело именно в этом. Хочется сделать столько всего, но это просто невозможно. Я очень много времени провожу в мастерской, даже сплю тут порой, но это доставляет мне удовольствие. Словом, работая, я отдыхаю. Раньше достигал поставленной цели и думал: а что теперь? Сегодня у меня все расписано на несколько лет вперед. «Чатыр-Даг» объединил нас» В небольшой, но уютной мастерской «Чатыр-Даг» над столами склонили головы девушки: одна выводит узоры, вторая вышивает. На широкой тахте стоят незаконченные кувшины, на стенах развешаны фотографии с выставок и тарелки, украшенные орнаментом. Скибин, являющийся членом «Чатыр-Дага», рассказывает, что крымскотатарские умельцы объединились около трех лет назад. Оно и понятно: вместе легче преодолевать трудности, которых всегда хватает, проще реализовывать креативные программы и устраивать экспозиции. В состав творческого объединения входит около 20 ремесленников, которые сегодня в рамках проекта «Крымский стиль» под руководством уже упоминавшегося выше Мамута Чурлу возрождают традиции прошлого. Одной из основных проблем мастеров остается финансовая. Но в последнее время появились меценаты, которым небезразлично искусство своего народа. Они помогают организовывать выставки, и то, что недавно казалось несбыточными мечтами, становится реальностью. — Полгода назад мы даже говорить не могли о проведении конкурса по вышивке и золотому шитью, — вспоминает гончар. — Это казалось нереальным. Тем не менее выставка состоялась, и в ней приняло участие около 50 мастеров. В «Чатыр-Даге» представлено несколько направлений прикладного искусства: вышивка, ювелирное дело, чеканка, резьба по дереву, керамика, ковроткачество, роспись, а также графика и этнический дизайн. Сейчас многие старинные профессии незаслуженно забыты, например пуговичника. — Но мы стараемся возродить интерес к прикладному искусству. В частности, привлекаем молодежь в нашу творческую мастерскую, учим желающих азам ремесленничества, — рассказывает симферопольский мастер. В Бахчисарае Рустем с коллегами уже два года преподают детям по выходным: — Сначала даем базовые знания гончарного искусства, а потом индивидуально занимаемся с ребятами в зависимости от их способностей и интересов. Некоторые ученики уже достигли определенного уровня и наравне с педагогами принимают участие в выставках. «Мне еще рано выставляться» Вещи, сделанные руками народных мастеров, сейчас практически не используются в быту, ведь есть обычная посуда, которую можно приобрести на любом рынке. Авторские изделия все чаще приобретаются в качестве сувениров. Хорошие деньги за профессионально сделанные вещи готовы выложить коллекционеры. Правда, как утверждает Скибин, в Крыму их пока не очень много. Ценители прекрасного в основном обитают в больших городах: Киеве, Москве, Санкт-Петербурге. Российские покупатели только начинают открывать для себя крымскотатарскую культуру. Не так давно наши мастера экспонировались в Москве, и столичные жители очень хорошо приняли крымских гостей. Аналогичная выставка прошла и в Варшаве. Но если поездки за границу пока случаются не часто, то по украинской земле ремесленники путешествуют весьма активно. Члены «Чатыр-Дага» принимали участие в фестивалях «Країна мрій» и в Музее народной архитектуры и быта Украины «Пирогово». Выставки также проходили в Мариуполе, Донецке, Львове, Киеве. А вот собственных, авторских экспозиций у Рустема не было. — Мне пока рано выставляться. Кроме того, подготовка выставки требует много времени и энергии. Лучше направлю силы на саморазвитие,— заканчивает разговор собеседник.

 

1  — или «Крымский стиль» Рустема Скибина*
Евгения Королева допустила ошибку в названии — «Крымский Стиль» — проект известного крымскотатарского художника и мастера Мамута Чурлу.